— Благодарю.

Рост у него ровно шесть футов (правда, его сестра Глория утверждала, что он, пытаясь очаровать одну милую девушку, хвастался, будто рост у него шесть футов и два дюйма), а вес сто семьдесят фунтов. Волосы черные, глаза карие… Лицо? Его партнер Фрэнк выражается так: «твоя лисья физиономия». Пожалуй, это не совсем подходит под определение «красавец». Так, ничего. Вполне терпимо. В кругу изысканно красивых мужчин в джинсах от знаменитых модельеров Мэтью Хоуп чувствовал себя заурядным.

«…Губы красные, как вино…» — пели в патио.

Ему хотелось поцеловать Сьюзен.

— Нет, правда, Мэтью, в смокинге ты всегда выглядишь прекрасно.

С самой первой встречи она называла его Мэтью.

Другие обычно называли Мэтт или Мэтти. Сестрица Глория, Бог весть почему, употребляла имя Мэтлок. Но для Сьюзен он был Мэтью, и это ему очень нравилось. Он благодарен ей за это. И за многое другое.

Он снова поднял на нее глаза.

— Ну что? — спросила она.

— Давай уйдем отсюда, — быстро выговорил он.

Черный «торонадо» все ближе.

Между ними пятнадцать футов, не больше.

И вдруг — это было похоже на сцену из «Тайных сражений», когда огни в зеркале заднего вида прямо-таки ослепляли парня за рулем, кто же его играл, не могу вспомнить, тот самый, который в «Челюстях», и огни то вспыхивали, то гасли, и было понятно, что погоню ведет космический корабль. Очень похоже, только… только в его зеркале огни смещаются влево, потому что «торонадо» догнал его и идет рядом. Затемненное стекло в правом окне «торонадо» опустилось, и на Отто нацелилось дуло автомата.

«Ах, черт…» — мелькнуло в голове, и это была его последняя мысль, потому что раздался выстрел, второй, но второго Отто уже не услышал — пуля угодила ему в левый висок, и его руки, отпустив рулевое колесо, упали, словно подстреленные птицы, а «бьюик», потеряв управление, на полном ходу съехал на обочину и врезался в большую стеклянную витрину ателье по ремонту телевизоров. Витрина разлетелась, дюжина, а может, и больше телевизоров разделили ее участь. «Торонадо» мчался дальше на юг по сорок первой магистрали, темное стекло в правой дверце было поднято.